
Заходи, послушай
там уже совсем светло!
Двор давно тебя зовёт —
выбегай, народ идёт!

Сто восемь коротких стихов про один день во дворе, где всех мирит большой рыжий пёс Гига.
Тридцать одно стихотворение целиком и бесплатно. Листайте стрелками, свайпом или клавишами влево и вправо. Под книгой три кнопки: включить чтение голосом, и тогда страницы переворачиваются сами в пределах одного стихотворения; поменять размер текста; раскрыть разворот на весь экран.

«Двор, где начинается мир» — сборник из 108 коротких стихотворений для детей примерно от трёх до девяти лет. Вся книга складывается в один день из жизни ребёнка: утро и завтрак, дом и семья, двор с друзьями, большой город и школа, а потом снова дом, тихий вечер и сон.
Каждое стихотворение — отдельная маленькая сценка со своим характером и лёгким сюжетом: про упрямство и жадность, про дружбу и помощь, про экраны и живую игру, про страх перед прививкой, первый снег, семейный ужин. Морали в лоб тут нет — вывод почти всегда есть, но тёплый, а не назидательный.
Через всю книгу проходит большой добрый рыжий пёс по имени Гига. Это герой-проводник: он появляется в ключевых сценах и связывает весь двор в одно целое. По духу книга наследует традиции Михалкова — её хочется читать вслух, учить наизусть и проговаривать хором. А вкус к живой осязаемой детали — запах блинов, свет на щеке, тёплый бок собаки, скрип снега — идёт от Дины Рубиной.
Книга держится на кольце: первое стихотворение зовёт читателя во двор, а последнее — теми же словами укладывает этот двор спать.
Саму книгу я написал для того возраста, когда мир ещё помещается во двор. Когда лужа — это море, картонная коробка — корабль, а соседский пёс — самый главный житель вселенной.
Мне вдруг захотелось вернуть стихи, которые читают вслух, — не разглядывают молча с экрана, а проговаривают: на кухне, перед сном, по дороге в садик, пока ребёнок не выучит наизусть и не начнёт досказывать за тобой. Главный мой ориентир тут — Сергей Михалков. Я на нём вырос, и от него у книги сама порода стиха: ритм, который сам ложится на язык, точная рифма, история с началом, поворотом и тёплым концом без нравоучения — как «Дядя Стёпа» или «А что у вас?». А вкус к живой осязаемой детали — запах блинов, свет на щеке, тёплый бок собаки, скрип снега — идёт от Дины Рубиной: одна такая мелочь делает целую сценку настоящей.
Картинки для меня — такая же часть книги, как стихи, поэтому манера у них единая на всю книгу и три обложки: пусть смотрится цельно, как один мир. Мой ориентир здесь — Надежда Бугославская и её иллюстрации к михалковским сборникам: классическая русская книжная графика школы Бориса Дехтерёва, крепкий рисунок и живая перовая линия. Техника везде одна: перовой контур тёплой коричнево-сепиевой линией, а поверх — акварель по тонкому слою масляной пастели, так что пастель чуть просвечивает сквозь заливку и даёт живую зернистость. Палитра тёплая, осенняя, со светом мягкого дня и одним-двумя сочными акцентами — чаще всего это рыжая шерсть Гиги и красный свитер мальчика Мити.
И если хоть один из этих стихов кто-то прочитает ребёнку дважды, потому что тот попросил «ещё раз», — значит, всё было не зря.
Константин Воскресенский
Каждое стихотворение отдельным роликом: голос, музыка и рисунки. Смотреть можно с телефона и с телевизора.
Книга и видеокнига собраны небольшой командой, каждый отвечал за своё.
От трёх до девяти. Младшим читают вслух, старшие читают сами: слова простые, строка короткая.
Стих занимает от двенадцати до двадцати строк. Это минута чтения: хватает на дорогу в садик и на вечер перед сном.
Ритм здесь главный: он ведёт голос сам. Прочитанный вслух стих запоминается за два-три раза, и ребёнок начинает договаривать строчки за вами.
Сто восемь стихов это один день: утро, дом, двор, большой мир, школа, вечер. Читать подряд не обязательно, но подряд получается целая история.